Almost three years.
One father.
One child.
Bring Leon home.
Почти три года.
Один отец.
Один ребёнок.
Верните Леона домой.
An American boy was kidnapped in Russia. His father has worked tirelessly to bring him home. Every legal channel exhausted. His father is still here.
Американский мальчик был похищен в России. Его отец неустанно работает над тем, чтобы вернуть его домой. Все правовые каналы исчерпаны. Его отец продолжает бороться.
Перейти на русскую версию →
Messages to Leon →Сообщения для Леона →
Episode 2 — A letter to my son
Эпизод 2 — Письмо моему сыну
A father's direct address to Leon and to anyone in Russia who knows him. Bilingual EN-RU subtitles, distributed across five platforms.
Прямое обращение отца к Леону и ко всем в России, кто его знает. Двуязычные субтитры EN-RU, распространение на пяти платформах.
Watch the episode → Смотреть эпизод →Why this site does two things
Почему этот сайт делает две вещи
"We built this methodology in two and a half years of working our own son's case. We are now offering it to other families facing the same wall. We are not selling hope. We sell the work."
«Мы создали эту методологию за два с половиной года работы над делом нашего собственного сына. Сейчас мы предлагаем её другим семьям, столкнувшимся с той же стеной. Мы не продаём надежду. Мы продаём работу.»
Helping Leon
Помочь Леону
The public effort to bring Leon home. Press, allies, conservative voices, Russian-language outreach, every channel still open.
Общественная работа по возвращению Леона домой. Пресса, союзники, русскоязычная аудитория — каждый ещё открытый канал.
Helping families like ours
Помогаем семьям, как наша
Out of our own case we built a methodology for non-Hague international parental abduction. We now offer it to other families. $1,000/month. Cancel anytime. Explicitly not a law firm.
Из нашего собственного дела мы создали методологию для случаев международного похищения вне Гаагской конвенции. Сейчас мы предлагаем её другим семьям. $1 000/мес. Отмена в любой момент. Мы не адвокатская фирма.
We've started to track contacts around the people responsible.
Мы начали отслеживать контакты вокруг людей, ответственных за это.
Two and a half years of standard channels — courts, embassies, congressional offices — have not produced contact with Leon. We have started a parallel track: systematic open-source mapping of the people around the guardian who took our son, identifying who in their orbit might still listen to a father's appeal. This is one of the things we are actually doing.
Два с половиной года стандартных каналов — суды, посольства, конгресс — не дали контакта с Леоном. Мы начали параллельную работу: систематическое сопоставление общедоступной информации о людях вокруг опекуна, удерживающего нашего сына, — чтобы найти тех, кто может ещё откликнуться на просьбу отца. Это одна из вещей, которые мы реально делаем.
If you are anyone in this picture — relative, friend, professional contact — and would receive a private message from Leon's father, please write to us.
Если вы находитесь в этом окружении — родственник, друг или коллега — и готовы получить личное сообщение от отца Леона, напишите нам.
Если вы читаете по-русски
Леон — мальчик, гражданин США. Ему было три года, когда в декабре 2023 года его разлучили с отцом и удерживают в России. Его отец, Николай Левенштейн, не видел его и не слышал его голоса почти три года.
Если вы знаете Леона, видели его, или вы родственник его матери Анны — мы просим только о человеческой связи. Сообщить, как он. Передать ему, что папа его любит.